Леонид Владимиров. Советский космический блеф -
41 >
"Я люблю вот так, со стороны, наблюдать за Сергеем Павловичем. Зайдет
он другой раз поздно вечером в цех, где на стапелях лежало громадное тело
ракеты, отпустит сопровождающих его инженеров и конструкторов, сядет поодаль
и молчит. Лицо задумчивое-задумчивое. О чем-то думает. И тут же, словно
стряхнув с себя владевшие им только что мысли (выделено мною. -- Л.
В.),
резко встанет. Другое, совсем не такое, как минуту назад, лицо. И каскад
категорических, бесспорных, четких указаний. Успевай только ловить их на
лету".
Читателям в Советском Союзе, для которых только и предназначен
приведенный отрывок, задумчивость Королева ничего не говорит. Большинство
населения СССР, оглушенного круглосуточной пропагандой о "наших блестящих
победах в космосе", не знает ни о прошлом Королева, ни о том, как зародилась
идея первого спутника. Никто, решительно никто в СССР не знает, что перед
запуском спутника над Сергеем Королевым как бы нависла тень мощного
противника -- Чаломея, кусавшего губы от зависти и немедленно "утопившего"
бы Королева в случае неудачи. Советские граждане понятия не имеют, что в то
время Королев думал и о другом сопернике -- о США. Всю силу этого соперника,
несомненно, должен был разбудить маленький, около 60 см диаметром шарик,
возле которого сидел в задумчивости Королев. Да, Сергею Королеву было о чем
задумываться в те решающие дни его жизни. Отступления ведь уже не было...
Впрочем, все, что мне известно о Королеве, свидетельствует против
"отступления". Отступать после того, как была поставлена самая высокая в
жизни ставка, Королев наверняка не хотел. Не такова была натура этого
человека. И все же он понимал, что идЈт на авантюру, на блеф, что скоро
понадобятся новые авантюры, новый блеф -- и выхода из этой игры не
предвиделось. Отсталость советской техники была Королеву известна лучше, чем
кому бы то ни было. Ведь ракеты были самой важной в стране промышленной