Леонид Владимиров. Советский космический блеф -
93 >
при работе над "Восходом" -- тем большей неожиданностью звучат приведенные
ниже слова, которые я цитирую по журналу "Москва" (№ 12 за 1969 год. стр.
178): "В работе над 'Восходом' особенно проявилась необычайная
требовательность Сергея Павловича, беспощадность ко всяким не достаткам и
человеческим слабостям. Он не терпел их у себя и у других".
Сказать про кого угодно, что он беспощаден к человеческим слабостям,
значит сделать весьма и весьма сомнительный комплимент. Зная то, что уже
рассказано, мы, я думаю, легко защитим Королева от его биографа. В ситуации,
сложившейся в тот период, не выдержали бы нервы и у добрейшего из ангелов.
Ведь Королев прекрасно понимал, что его заставляют идти на какую-то дикую
авантюру, причем авантюру, заведомо бесполезную. Надо, чтобы раньше двух
американцев взлетели три советских гражданина, вот и все!
Тупик в работе над отправкой в космос троих был преодолен так: втиснули
троих в шарик "Востока" без скафандров, всецело положившись на герметичность
корабля. Говорят, что это безумное по смелости и риску решение предложил
ведущий конструктор по спускаемым аппаратам Константин Феоктистов. А на
вопрос Королева: "Да кто же это полетит втроем и без скафандров?" Феоктистов
ответил: "Первый -- я". Так ведущий конструктор, человек далеко не
безупречного здоровья, имевший в юности ранение, вдруг превратился в
космонавта.
Но и в таком варианте -- в курточках, без скафандров -- три человека не
вмещались в многострадальный "Восток", который для видимости позже
переименовали в "Восход".
Начались самые дикие ухищрения. Феоктистов срочно согласовал с
Королевым и со всеми начальственными инстанциями "состав команды" --
молоденький, очень миниатюрный врач Егоров и лучший из всех
летчиков-космонавтов Комаров -- и все трое пошли... на сеанс к скульптору.
Точно по фигуре каждого из них было вылеплено кресло. С быстротой молнии --