Петр Межирицкий. Читая маршала Жукова -
40 >
тоже звучали победами: Котовск, Ленинград, Свердловск, Фрунзе, Дзержинск и
Днепродзержинск, покорный, но неуместно популярный Киров (Кировоград,
Кировобад, Кировакан, Кировск...), Куйбышев, Орджоникидзе...
Описание Рапопорта и Геллера комично тем, что исходит из концепции
рьяных служак. Если так, то -- да, чрезмерное усердие, и субъект сугубой
охраны, на который пылинке не дозволено упасть, получает подзатыльник. Но
уже ходит из рук в руки повесть Пильняка. Имена не названы, но так все
прозрачно. Несомненно физическое устранение Фрунзе, в академии имени
которого учатся молодые командиры. И они достигли цели. Так не кулаками же!
И шашками на трибуне не развернешься...
Без пистолетов в руках -- значит, не покушение. Парни действовали как
любители. Их начальник комкор Эйдеман тоже. Не обсуждали? Избегали слов?
Единомышленники понимают друг друга без слов? Вот так и поняли.
Никто из этих, с позволения сказать, тираноубийц, не был близок
Сталину. Охотников и вовсе был человеком Якира, помощником по героическому
походу 45-й дивизии. Они и лично были близки.
Ну и что, причастен Якир? Где доказательства?
Впрочем, Сталину не нужны были доказательства. Ему хватало подозрений.
Доказательств, когда надо, он добивался признаниями вины.
Впечатление такое, словно вождя решили пугнуть. Пугнуть уголовника,
какая неосторожность... Кто? Вряд ли Якир. Он был умница, реалист. Участвуй
он в обсуждении, он предложил бы идти до конца. И нашел бы средства.
А ведь до убийства Фрунзе военные вообще не шли дальше снисходительного
презрения к Сосо в том кругу, где таланты вождя котировались по подлинной их
стоимости. И, хоть после устранения Фрунзе прошло уже два года, акция
молодых командиров, сторонников Троцкого в качестве альтернативы Сталину
(тут надо вспомнить о не так давно зачитанном на съезде завещании Ленина),
была скорее всего предприятием келейным и осуществлялась в уверенности, что