Николай Яковлев. Маршал Жуков (Страницы жизни) -
82 >
артиллерийского управления генералу Н. Д. Яковлеву за мизерное обеспечение
Западного фронта боеприпасами. Разбором претензий Жукова, разумеется
обоснованных, пришлось заниматься Сталину. Он заметил:
"Комфронтом Жуков просто не понимает обстановку, сложившуюся с
боеприпасами. А она сложная. Ноябрь - самый низкий . месяц по
производству,.. нужно ожидать повышение поставок, а не заниматься
беспредметными упреками".
Интересы Западного фронта, прикрывавшего Москву, естественно, были в
центре внимания Ставки Верховного Главнокомандования. Его потребности
удовлетворялись, но, подчеркивал генерал Яковлев, "в пределах разумного" -
ведь сражения шли от Баренцева до Черного моря.
У стен Москвы
13 ноября в Оршу съехалось высшее немецкое командование - начальники
штабов объединений. Восточного фронта. Совещание вел Гальдер. Хотя ряд
генералов высказывали опасения по поводу происходившего на фронте, Гальдер
опирался на директиву Гитлера: донаступления зимы расправиться с СССР.
Он продиктовал "максимальную" и "минимальную" линии продвижения в 1941
году: первая - вплоть до Майкопа, Сталинграда, Горького и Вологды; вторая -
до нижнего течения Дона, Тамбора и Рыбинска. В любом случае район Москвы
подлежал захвату. Тут нельзя не сказать о том, что после войны битые
гитлеровские генералы десятилетиями твердили: они-де тогда потерпели неудачу
из-за "генерала Зимы". Ударили морозы - и остановился вермахт. Ложь! Надежды
Гитлера на захват Москвы основывались именно на том, что со второй половины
ноября земля подмерзнет и подвижные войска снова обретут свободу маневра.
15 ноября войска группы армий "Центр" перешли в новое наступление на
Москву. 51 дивизия, из них 13 танковых и 7 моторизованных. Самый сильный
удар - севернее столицы. У Волжского водохранилища 300 немецких танков
прорвали нашу оборону. Случилось это в полосе армии, входившей в Калининский
фронт. Ставка 18 ноября прирезала полосу этой армии к Западному фронту.