Олег Васильевич Волков. Погружение во тьму -
19 >
часов. Впереди - почти полсуток тишины и успокоенности: за тобой не придут,
никуда не поволокут. Спи, покуда снова не зашевелится всеми сочленениями
отлаженная тюремная машина.
Повезло Якову Ивановичу Бутовичу. В камере появился высокий массивный
человек в черной, военного покроя гимнастерке. В такие облачаются крупные
"спецы" в рангах консультантов при наркомах и их заместителях. Им не
доверяют, но одновременно за ними ухаживают и их ублажают. Это - старые
специалисты и интеллигенты. У этих людей выработалась особая манера
держаться: сознавая себя советскими сановниками - и ущемленными бывшими
одновременно, они осмотрительны. И то чрезмерно выпячивают свою прошлую
барственность, то, чтобы за нее не потерпеть, вовсю подделываются под
преданных слуг режима.
Помещенный к нам Крымзенков - кажется, Константин Иванович? - оказался
одним из главных консультантов Наркомзема, как раз по коневодству. Он
отлично знал Якова Ивановича и не скрывал своего восхищения перед ним.
"Лучший знаток орловского рысака в России, он вывел достойного преемника
бессмертного Крепыша - знаменитого Ловчего, слава которого облетела все
ипподромы мира!" - так несколько торжественно аттестовал он Бутовича. Сам
же Крымзенков был всего лишь сыном очень состоятельных родителей, с ранних
Лет пристрастившимся к лошадям. Он обладал удивительным талантом -
угадывать в любой лошади текущие в ней крови, за что и был высоко ценим
отечественными коннозаводчиками, прибегавшими к его советам при отборе
производителей.
Необщительный Яков Иванович с Крымзенковым беседовал часами. Они
словно не могли наговориться, перебирая и сопоставляя тысячи вариантов
скрещивания линий, способных дать новых рекордистов. Генеалогию русских
рысаков оба знали по восходящей вплоть до Сметанки графа Орлова.
Углубившись в ее сплетения, собеседники покидали тюрьму и кочевали по
прославленным конным заводам России. При этом Бутович поправлял Крымзенкова