Олег Васильевич Волков. Погружение во тьму -
29 >
поможешь: из глубин, из низов поднималось страшное, будившее память о
пережитом прадедами. И это страшное было на руку резко и вызывающе
объявившей о себе кучке отчаянных радикалов с программой, не принимаемой -
увы! - всерьез теми, кто тогда управлял Россией, зато звучавшей благовестом
пришедшему в движение народу.
Отец мой был в то время директором правления крупнейшего
Русско-Балтийского завода, выполнявшего военные заказы. Лишь ненадолго
появлялся он в гостиной из своего кабинета, где работал допоздна. Сведения
отца, почерпнутые из накаленного заводского котла, докладов промышленных
контрагентов, встреч в деловых и банковских кругах, из увиденного на фронте
- оц более года ездил с санитарными поездами Земского союза, - мало
походили на приносимые Полрвцовым с думской трибуны.
- Эти большевики не сидят сложа руки, - озабоченно говорил отец, -
агитируют... Среди рабочих И в армии их влияние растет, и это благодаря
провозглашаемым ими совершенна невыполнимым, но таким заманчивым
обещаниям,! Только малограмотный народ можно тешить ими: "Полная
национализация фабрик и заводов", "Вся земдя - мужикам", "Немедленный мир с
Германией"... От таких слов, как от вина, кружится голоца. Вот их и
сдущают. Народ смертельно устал от войны. Он готов идти за любым, кто
посулит немедленную перемену. Все это плоды невежества... Поди втолкуй, что
громкие заявления большевиков - демагогия, пустые фразы, расставляемая
простонародью ловушка... Надо бы, что ли, - обращался он к Ивану
Федоровичу, - чтобы Дума организовала комитет по контрпропаганде, где бы
разъяснялись патриотические цели войны, говорилось о реформах и
преобразованиях, какие утвердит Учредительное собрание....
К. впечатлениям от этих разговоров прибавлялись и непосредственные,
полученные вне дома.
Однажды машина отца, в которой его шофер отвозил меня с каким-то