Олег Васильевич Волков. Погружение во тьму -
76 >
...Что бы ни меняли на Соловецких островах новые люди, какие бы
порядки ни заводили, как бы противоположны ни были цели и задачи пришельцев
вековому назначению монастыря, - перед находившимся в те годы в лагере
русским человеком лежала открытой летопись отвергнутых путей России.
...В глубь нетронутых лесов, вдоль берегов разбросанных по острову
бессчетных озер шли обставленные крестами тропы. Вели они к потаенным
скитам, где длинные годы молились и спасались старцы. Здесь в двадцатом
веке продолжалось начатое еще в Киевской Руси. Здесь жили легенды о Сергии
Радонежском, Кирилле Белозерском, Нилах и Пафнутиях, Иосифах, рубивших в
глухих дебрях кельи, расширявших границы православия и русской
государственности.
Каждая пядь соловецкой земли, каждый монастырский камень говорил о
горстках подвижников, радевших о духовности. Подвиг веры сочетался с
трудами, приносившими земные плоды. Тысячи и тысячи богомольцев - мужиков
архангельских, вятских, олонецких, пермских, со всего севера России -
встречали здесь своих земляков. Видели их, в подрясниках и скуфьях,
ухаживающими за скотом, возделывающими землю, искусных рыбаков и плотников,
мореходцев, гончаров, кожевников, скорняков, каменщиков...
И я ходил по острову, как по огромному музею истории моего народа,
исполненной тягот, опасностей и свершений.
В надвратной Благовещенской церкви и в бывших покоях настоятеля было
выставлено средневековое оружие - бердыши, пищали и пратазаны. Соловецкий
игумен был одновременно и комендантом крепости с гарнизоном из монахов,
обученных ратному делу.
...Неподалеку от гавани на морском берегу лежит Переговорный камень.
По преданию, на этом месте настоятель твердо отверг предложение англичан
сдать осажденную обитель. Высадить десант и брать штурмом отчаянных божьих
иноков бритты не решились. И ограничились бомбардировкой с моря. От
гранитных стен ядра отскакивали горошинами. Следы их монахи обозначили