Олег Васильевич Волков. Погружение во тьму -
77 >
кружками. Память о вкладе Соловков в оборону отечества... А монахи
рассказывали паломникам, что споспешествовали обороне и чайки, густыми
стаями налетавшие на вражеские корабли и криками своими и обильным
испусканием помета сеявшими растерянность и смущение в рядах неприятелей. И
подводили к фреске, украшавшей изнутри шатер над криницей: по палубе,
преследуемые огромными птицами с широко разверзтыми клювами, метались
бравые артиллеристы королевы Виктории в испачканных мундирах и с
залепленными белыми потеками лицами.
В глубине острова, меж лесистых горок и затененных ложбин, дремали
тихие каналы. Берега их и шлюзы, выложенные замшелыми камнями, были
укреплены вечными лиственничными ряжами. Каналами монахи соединили цепь
озер для сплава бревен. И по всему рукотворному водотоку развели красную
рыбу и хариусов.
Вдоль Святого озера тянулись огороды, ряды длинных монашеских теплиц.
На тучных пастбищах острова Большая Муксалма паслись крупные породистые
коровы - остатки стада, за которые Соловецкий монастырь награждался
медалями Императорского общества поощрения племенного животноводства. Этот
остров километровой дамбой, сложенной из каменных глыб, соединялся с
главным, где был монастырский кремль.
А на Малой Муксалме, входящей в Соловецкий архипелаг, до лагерного
времени вольно жили лапландские олени, выпущенные туда еще при игумене
Филиппе.
На пустынном морском берегу мне доводилось видеть небольшую артель
рыбаков-монахов, заводивших тяжелый морской невод. Делали они все молча,
споро и слаженно - десяток бородатых пожилых мужчин в подпоясанных
подрясниках и надвинутых до бровей скуфьях. Самодельные снасти: карбасы, на
каких плавали новгородцы; исконная умелость этих рыбаков, слитых с
набегавшими студеными волнами; каменистая полоса прибоя, и за ней - опушка
из низких, перекрученных ветрами березок... Все в этой картине от века: