Олег Васильевич Волков. Погружение во тьму -
95 >
...Иногда волна расправ лизала самый мой порог. Так, неожиданно был
схвачен и увезен на Секирную гору [Нет, вероятно, надобности здесь
описывать этот ставший известным на весь мир застенок на Соловках. Его
хорошо знают по другим публикациям. Для тех же, кто сидел на острове, не
было страшнее слова. Именно там, в церкви на Секирной горе, достойные
выученики Дзержинского изобретательно применяли целую гамму пыток и
изощренных мучительств, начиная от "жердочки" - тоненькой перекладины, на
которой надо было сидеть сутками, удерживая равновесие, без сна и без пищи,
под страхом зверского избиения, до спуска связанного истязуемого по
обледенелым каменным ступеням стометровой лестницы: внизу подбирали
искалеченные тела, с перебитыми костями и проломленной головой. Массовые
расстрелы также устраивались на Секирной] близкий мой знакомый и сосед по
келье Эдуард
Эдуардович Кухаренок - средних лет инженер-путеец. Считался он
незаменимым: высококвалифицированный спец, руководивший прокладкой
островной узкоколейки.
В этом человеке были сильны предубеждения подлинного специалиста,
отлично знающего свое дело, к невежественным руководителям, некая кастовая
исключительность, не допускавшая малограмотного вмешательства в его дело.
При смелом характере и остром языке, он умел посадить в лужу, ядовито
оспорить и доказать как дважды два несостоятельность распоряжений
"гражданина начальника". Но более всего самонадеянный инженер досаждал тем,
что не давал лютовать, энергично осаживал расходившихся охранников. Если к
этому прибавить богатырскую стать Кухаренка, независимость, манеру свысока
разговаривать с презираемыми им "начальничками", то станет очевидным,
насколько он намозолил им глаза.
До поры до времени Эдуарда Эдуардовича спасала незаменимость - другого
знающего железнодорожника на острове не было. С нами Кухаренок был
обходителен и приятен, весел, даже немного шумен; в нем чувствовался bon