Лев Скрягин. Тайны морских катастроф -
16 >
этот рейс, это не время для прогулок в Италию".
-- Да, сэр, -- согласился Дево, -- зимняя Атлантика не для женщин, -- и
помолчав, добавил:
-- Когда я был в каюте Бриггса, мне в голову пришла мысль о том, что
"Целеста" вообще несчастливое судно. Вы помните, должно быть, сэр, что в
шестьдесят втором, когда "Целеста" совершала свое первое плавание со
Спенсера в Уиндзор, ее капитан исчез, исчез бесследно... Тогда так и не
узнали, куда он делся...
-- Знаю, Дево, помню эту историю. "Целеста" действительно несчастливый
корабль. Ведь после этого, если не изменяет память, в шестьдесят седьмом,
когда ее уже продали американцам, она выскочила на камни возле мыса
Бретон... Да... зря Бриггс принял командование этой дьявольской бригантиной!
-- Ну, ничего, сэр! Я надеюсь, что с Бриггсом и его людьми ничего не
случится. До Азор-то -- рукой подать!
-- Будем надеяться, дорогой Дево, что все кончится хорошо. Может быть,
они уже в Гибралтаре, -- повеселел Морхауз и твердо сказал:
-- Пусть "Целеста" будет кораблем хоть самого сатаны! Пусть! Но теперь
это наш приз, милый Оливер. Сколько, вы говорите, там бочек? Тысяча семьсот,
кажется? А? -- капитан вынул из ящика стола лист бумаги, достал из жилета
карандаш и начал считать. -- Так... Это, Дево, не керосин! Это чистый спирт!
Ректификат! Да еще судно, и не какая-нибудь рухлядь, а "Мария Целеста",
красавица... после капитального ремонта, с новой медью на днище!
-- Сэр, на какую долю я могу рассчитывать? -- тихо спросил штурман.
Морхауз бросил взгляд на ровные столбики цифр, посмотрел в упор на
штурмана и, делая ударение на первом слове, ответил:
-- Если вы согласитесь привести бригантину в Гибралтар, за мной
двадцать пять процентов от одной пятой стоимости груза и судна.
-- Да, сэр, но ведь это же риск! В трюмах полно воды, почти голые реи,
даже компаса нет... -- начал Дево.
-- Я повторяю: ваша доля -- четверть, двадцать пять процентов и ни