Уолтер Лорд. Последняя ночь "Титаника" -
60 >
палубе А, пускать сигнальные ракеты. Шестеро моряков, спустившихся
открывать один из нижних лацпортов, пропали без вести; они так и не
вернулись наверх. Возможно, прибывающая вода отрезала им путь к отступлению
с одной из нижних палуб. Теперь Лайтоллер строго нормировал количество
оставшихся в его распоряжении моряков: каждой шлюпке он выделял всего по
два члена экипажа.
Шлюпка Э6 находилась уже почти на полпути к поверхности моря, когда
одна из сидевших в ней женщин крикнула на шлюпочную палубу:
- У нас в лодке всего один моряк!
- Есть среди вас моряки? - обратился Лайтоллер к стоявшим на палубе
людям.
- Если хотите, я могу пойти в эту шлюпку, - послышался из толпы голос.
- Вы моряк?
- Яхтсмен.
- Если вы настолько моряк, что сможете спуститься вон по тому лопарю,
то полезайте в шлюпку.
И майор Артур Годфри Пошан - вице-коммодор королевского канадского
яхт-клуба, - повиснув за бортом "Титаника" на переднем лопаре, плавно
спустился по нему в шлюпку Э6. Это был единственный из пассажиров-мужчин,
которому в ту ночь Лайтоллер позволил войти в шлюпку.
На правом борту лайнера мужчины оказались удачливее. Мэрдок продолжал
пускать их в шлюпки, если там оставались свободные места. Французский
авиатор Пьер Мишель и скульптор Поль Шевре забрались в шлюпку Э7. Двое
коммивояжеров компании Гимбелов добились себе места в шлюпке Э5. Когда
пришла пора спускать шлюпку Э3, Хенри Слипер Харпер не только присоединился
к своей жене, но и взял с собой своего китайского мопса, а также
египтянина-драгомана [12] по имени Хамад Хасса, которого ради какой-то
причуды вывез из Каира.
В тени, отбрасываемой шлюпкой Э13, стоял в нерешительности доктор
Уошингтон Додж. Его заметил стюард столовой Рейн и спросил, оставили ли уже
"Титаник" жена и сын доктора, на что Додж ответил утвердительно. Рей
воспринял это известие с облегчением, поскольку принимал судьбу этой семьи