Роджер Чапмен. Когда время против нас -
57 >
раз волновать, чтобы у нас не усилилось сердцебиение и не участилось
дыхание.
Головная боль у Роджера продолжала усиливаться, и, когда я зажигал
фонарик, чтобы проверить содержание углекислого газа, я видел его лежащим
лицом вниз и сжимающим руками голову. Однако он ни разу не упомянул о своих
страданиях. Нас угнетала только головная боль и высокая влажность в кабине,
а вообще мы чувствовали себя хорошо и были полны надежд услышать что -
нибудь новое от "Вояджера" и спасательных групп.
Ждали мы недолго, но время на дне тянулось чрезвычайно медленно. В
10.30 утра "Вояджер" вышел из Корка. Перед этим он сообщил, что американский
"КУРВ" (телеуправляемый подводный спасательный аппарат) подключен к
спасательным работам и уже находится на борту самолета, летящего из
Сан-Диего в Корк. Канадский кабелеукладчик "Джон Кейбот" шел в Корк, чтобы
принять на борт "КУРВ". Он шел средним ходом к месту якорной стоянки, с
которой он мог бы уйти в море при любой фазе прилива, а для передачи "КУРВ"
с берега на борт судна была подготовлена баржа.
"Аппараты в пути к нам, все системы устанавливаются на борту и будут
подготовлены вовремя" - такое сообщение мы приняли в четверг утром.
Не прошло и 24 часов после аварии, как помощь, которую можно было себе
только представить, была уже в пути. Это было английское судно, на борту
которого стояли канадские аппараты, оснащенные американским оборудованием и
управляемые канадскими и английскими пилотами.
В то время, однако, когда "Вояджер" шел к "Хикэйту", по-прежнему дул
западный ветер, который уменьшал скорость судна. На глубинах более 100
метров мы не замечали плохой погоды. Аппарат качает около поверхности,
особенно при крупной волне. Мы это очень остро почувствовали, когда висели
на буксирном конце, пока он не оборвался.
Судно обеспечения, а в данном случае "Хикэйт", было совершенно
беззащитным перед штормом, но все-таки наиболее уязвим был гидрофон