Мария Павловна Прилежаева. Жизнь Ленина -
13 >
то без обеда. Мальчики стали подозрительны. Боялись дружить. У всех
вертелась мысль: "Кто же, кто ябедничает инспектору?"
Однажды в перемену Володя увидел: из кабинета инспектора выскочил
Длинный и, прячась, шмыгнул в ребячью толпу. "Он", - понял Володя.
- Он ябедничает, - сказал Володя товарищам.
Многие уже и сами догадывались.
- Я его изобью! - сжимая кулаки, возмущался Дима Андреев, Володин
товарищ. - Ребята, подстережем его на улице, проучим.
- Лучше по-другому проучим, - сказал Володя. - Объявим бойкот.
- Что такое бойкот?
- Не разговаривать, не отвечать на вопросы, не замечать, будто его
нет.
Как раз вошел Длинный. Глаза, как всегда, жалко суетились и бегали. Он
заметил, все умолкли при его появлении.
- Какой сейчас у нас будет урок? - спросил Длинный.
Никто не ответил. Один мальчик подбежал к доске, написал крупно: "С
ябедами не разговариваем" - и быстро стер тряпкой.
Длинный съежился и, втянув голову в плечи, ушел за свою парту.
Володя его презирал. Когда Длинный попадался навстречу, Володя глядел
мимо. И все так. Длинный остался один, совершенно один. Никто не говорил с
ним ни слова. На него не глядели. Не замечали.
Шли дни. Шла неделя, другая, третья. Доносов не стало. Второклассников
не сажали каждый день в карцер.
- Он перестал ябедничать, мы его проучили, - говорили между собой
второклассники. Но по-прежнему не замечали его.
Раз после уроков Володя вбежал в пустой класс взять забытую книжку.
Длинный сидел на последней парте и плакал. Володя подошел:
- Ты раскаялся? Ты больше не будешь?
Длинный поднял дрожащее, залитое слезами лицо. С ним говорили, он не
верил ушам!
- Никогда, никогда! - залепетал он. - Я от страха. Я боялся, что
инспектор прогонит меня из гимназии за то, что плохо учусь. Не могу я так
жить, без товарищей!
- Будь сам товарищем, и у тебя будут товарищи, - ответил Володя. - Ну
ладно, мы верим. Уговорю ребят, что тебе можно верить.