Зоя Ивановна Воскресенская. Сердце матери -
63 >
дворянства своей семьи. - Я уверен, дорогая Мария Александровна, что вы
измените свое решение. И еще я хотел посоветовать вам начать хлопоты о
внесении вас и ваших детей в дворянскую родословную книгу.
Конечно, Ишерский желал добра ей и ее детям. Но как она может
объяснить, что орден Святого Станислава вторгся в их жизнь как мрачное
предзнаменование, что Илья Николаевич не мог смириться с необходимостью
оставить любимое дело и, может быть, это и явилось главной причиной его
смерти.
- Вы правы, Иван Владимирович, я завтра же напишу прошение о
присвоении нам дворянского звания, а что касается орденских знаков...
- Надеюсь, что вы не заставите меня писать Казанскому попечительству о
том, что вы отказались от их получения? - Ишерский нервно теребил
бородку. - Что подумают о вас, о семье всеми уважаемого Ильи Николаевича. А
платить на богоугодные дела вас все равно принудят.
- Что я могу поделать против насилия! - горько усмехнулась Мария
Александровна. - Прошу вас сообщить куда надлежит, Иван Владимирович, что
вдова действительного статского советника Мария Ульянова не пожелала
принять орденские знаки Святого Станислава.
"Как горе ожесточает человека", - подумал Ишерский.
Мария Александровна стояла, комкая в руке платок. Сердце ее стремилось
к детям, оно стосковалось по ним.
Володя подошел к дому, взялся за ручку двери и медлил повернуть. Из
гостиной доносились приглушенные звуки музыки. Играла мама. Совсем недавно
сняла она траурный чехол с рояля, и в дом вернулись музыка и песни. По
вечерам снова слышалась колыбельная, хотя в колыбели давно уже никто не
лежал и самой младшей, Маняше, шел десятый год. Все в семье любили эту
песню, и с ней так же трудно было расстаться, как со счастливым детством. А
сейчас мама играет что-то свое, импровизирует, словно думает вслух.
Как тяжело Володе было открыть дверь и преодолеть восемь ступенек на