Зоя Ивановна Воскресенская. Сердце матери -
78 >
Володя накануне экзамена снял с себя крест и забросил в заросли
крапивы. Утром, по обыкновению, мылся в передней в тазу до пояса. Мария
Александровна заметила, что на шее у него нет цепочки с крестом.
Внимательно посмотрела на сына, ничего не сказала. Молча согласилась. Все
экзамены Володя сдал на круглые пятерки...
Мария Александровна отвела глаза от иконы, заметила Володю.
- Володюшка, я решила не брать с собой иконы. Думаю отдать их в
монастырь. Не нужны они нам. Если продавать - поднимется шум в городе.
Хватит и того, что бьют стекла в нашем доме, что все бывшие приятели
переходят на другую сторону улицы при встрече.
- Ты правильно решила, мамочка.
В тот же день к Ульяновым пришел старый монах. Он со знанием дела
повертел в руках сложенные на ящиках иконы, осмотрел пробы на ризах -
серебряные ли, колупнул ногтем лик девы Марии - захотел проверить, писаная
икона или печатная, ловко завернул стопку икон в тряпицу и обвел взглядом
углы комнат.
- А себе-то оставили что? - осведомился он. - Молиться вам надо о
спасении души великого грешника Александра.
- Мы о себе не забыли, - ответил за мать Володя. - Мы отдаем лишнее.
Монах покосился на молодого человека, не зная, как понять его слова.
Потом пришли за Красавкой. Новый хозяин повел ее на веревке. Красавка
мычала, упиралась всеми четырьмя ногами, мотала головой, протестовала
против петли на шее. На прощание собрала мягкими губами корки хлеба с
ладоней детей. Девочки и Митя с грустью прощались со своей любимицей.
Всей семьей упаковывали рояль: обвязали его тюфяками, обшили рогожей.
Это был мамочкин рояль. Это был большой источник радости. Мама должна к
нему вернуться, и Оле нужно закончить музыкальное образование. Это была
самая большая драгоценность в семье.
И еще швейная машинка.
Она служила маме больше двадцати лет. Сколько на ней было подрублено
пеленок, сшито распашонок, рубашек, штанишек, платьев и сколько еще будет