Леонид Утесов. Спасибо, сердце! -
28 >
двоих. А в год за одного надо было платить двести шестьдесят рублей -- огромные деньги! Признаться, русские семьи избегали этого учебного заведения. Они стремились устроить своих детей в классические гимназии. И, может быть, поэтому Файг особенно заботился о престиже своего училища. Здание было внушительным, гимнастический зал оборудован специальными снарядами, преподаватели подбирались с особой тщательностью. Мой отец долго убеждал одного мясника отдать в училище своего Никитку. -- Я за него платить буду, пока в инженеры не выйдет, -- соблазнял он, -- и Ледька мой завтраки ему будет приносить. Пауза. Мясник растирал фиолетовой жирной рукой отяжелевшие щеки, мигал и сопел. Он выжидал, как борец. -- Ну так как, Кондрат Семенович? -- Тот начинал сопеть еще нестерпимее и выразительнее. -- Ладно, -- вздыхал отец, -- и форму Никитке пошьем. Это решило мою участь. Училище Файга существовало с 1883 года. Оно славилось тем, что из него никого никогда не исключали, хотя ученики в нем были самые неожиданные. В начальных классах за партой сидел даже один двадцатипятилетний верзила. Принимали и с "волчьим билетом". Немудрено, что к Файгу приезжали со всей России. За всю историю училища исключили только одного ученика -- меня. Не за то, что я, как никто, мог доводить учителей до белого каления и веселить товарищей до колик, не потому, что в книжке отметок наряду с четверками и пятерками по наукам -- учился я хорошо, хотя выполнение домашних заданий казалось мне одиннадцатой египетской казнью, -- неизменно красовалась тройка по поведению, даже не за мои бесчисленные изобретательные "коленца", о которых долго говорили в коммерческом училище и за его пределами. Моим "прощальным бенефисом" была месть преподавателю закона божьего. На одном из уроков, желая разогнать скуку от библейских легенд в монотонном изложении учителя, я под сурдинку стал Рассказывать товарищам всякие смешные истории. Учитель подошел и больно дернул меня за ухо. Такого оскорбления моя