Леонид Утесов. Спасибо, сердце! -
9 >
-- социалист. Люди Пересыпи и Слободки еще слабо разбираются, в чем разница между эсерами и эсдеками. Лозунги "В борьбе обретешь ты право свое" и "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" звучат для них одинаковым призывом к борьбе. Им важно одно: "Долой царя!", "Да здравствует революция!" Вот почему гордо реет буревестник! Не в воздушных просторах. Мощной стальной грудью рассекает он волны Черного моря, плывя к берегам Одессы. И зовется он "Потемкин". Тельняшки! Почему за вашим пестро-полосатым узором горят сердца? Бескозырки! Почему под вами вскипают бесстрашные мысли? Матросы! Почему с ваших соленых, обветренных губ срываются слова: "Долой палачей! Свобода!" На борту сраженный смельчак -- матрос Вакулинчук. "Потемкин" идет к Одессе. "Потемкин" больше не служит царю. Он служит революции. Одесса в смятении. Котелки и шляпы в ужасе. Платочки и кепки в волнении. "Потемкин" стоит за волнорезом на рейде. Вакулинчук лежит в палатке на молу. "Один за всех и все за одного" -- надпись на груди Вакулинчука. Бесконечной вереницей тянутся к палатке рабочие, портовые грузчики, студенты, гимназисты. Потемкинцам надо есть. Надо пить. Одесса! Дай героям пищу, дай воду. Но все это в руках у "отцов города", а им не по пути с буревестником. Они хотят измором взять непокорившихся. Не выйдет... На шаландах и яликах с Пересыпи, с Малого, Среднего и Большого Фонтанов рыбаки, рабочие везут "Потемкину" все, что могут оторвать от своих скромных запасов. Делятся последним. Мало, мучительно мало. Тогда пушки -- на центр города. Революция ставит ультиматум: "Или вы нам пищу, или мы вам залп". Подействовало. "Потемкин" разворачивается, поднимает красный флаг и, простившись поднятыми бескозырками, гордо уносит свою славу в даль времен... ...Мне и не надо было ходить в театр. Он был вокруг меня. Всюду. Бесплатный -- веселый и своеобразный. Театр оперный, драматический и всякие другие -- не в счет. Там за деньги.