Леонид Утесов. Спасибо, сердце! -
97 >
За несколько дней до этого я имел "счастье" лично с ним встретиться и на себе испытать "замечательный" характер полковника. Меня задержали во время облавы в ресторане, в котором я как солдат, пусть хоть и в отпуску, не имел права находиться. Я был приведен в городскую комендатуру дать объяснение. Ах! Как же он теперь был удивлен, когда я произнес сакраментальную фразу: -- Господин полковник! Именем революции вы арестованы! Ну разве не весело?!.. Мой контракт в Харькове закончился, и я вернулся в Одессу. С отпусками стало легче, и Павлуша устроил мне отпуск на полгода. Так до Октябрьской революции я в полк и не возвратился. Что же принесла мне Февральская революция? Или, может быть, точнее будет сказать, моей семье в широком смысле. Первое радостное событие -- вернулся с каторги брат жены, революционер, который был приговорен к смертной казни за покушение на убийство херсонского губернатора. Но так как ему было только девятнадцать, то по несовершеннолетию смертную казнь заменили пожизненной каторгой. Революция его освободила. Жена была несказанно рада. Трудно, наверно, найти семью, подобную ее семье, в которой бы за короткий срок произошло столько трагедий. Ее мать умерла в доме для умалишенных (когда бесследно исчез старший брат, мать сошла с ума). Отец умер от холеры. Старшая сестра вышла замуж за сына священника и приняла православие. Надо только представить себе, что это значит -- креститься в еврейском местечке на заре нашего века! Конечно, от нее все отвернулись. Отдалилась и семья. Самая младшая сестра отравилась на могиле отца из-за несчастной любви... Я всегда изумлялся, как при стольких ударах судьбы моя жена, эта маленькая женщина, сумела сохранить не только бодрость духа, но и готовность всех и каждого одарить своей добротой. И вот вдруг, через одиннадцать лет возвращается с каторги брат, которого уже и не чаяли видеть. Вернулись из-за границы, из эмиграции, и моя сестра с мужем. Он был в