Александр Романов. Королев (текст не вычитан) -
24 >
все еще любит Марусю, я его сегодня видела, поговорила с ним.
Старый Москаленко взглянул на жену из-под нависших седых бровей и
ничего не ответил. Он давно и тяжело болел. И жил своим миром, подолгу
молился.
Мария Николаевна, узнан из письма о затее матери, категорически
отказалась приехать в Киев и даже' разговаривать с Павлом Яковлевичем.
Старания Марии Матвеевны наладить жизнь дочери остались напрасными.
Вскоре тихо заснул навсегда в своем кресле Николай Яковлевич, заснул,
пока Сережа читал ему газету.
В октябре 1916 года Мария Николаевна и Павел Яковлевич официально
расторгли брак.
Мария Николаевна сумела настоять на этом. Несколько лет назад она
встретила и полюбила молодого инженера Григория Михайловича Баланина и через
ме-
сяц после бракоразводного процесса вступила с ним во второй брак.
Полгода спустя, 28 мая 1917 года, Сережа вместе с матерью переехал в Одессу
к отчиму, где тот получил работу.
Вначале Баланины поселились на Канатной улице, а потом, когда Григория
Михайловича назначили на должность начальника портовой электростанции,
переехали на Платоновский мол, ближе к месту службы, в просторную квартиру с
балконом, обращенным к морю.
Как-то в августе Мария Николаевна, принарядив сына, сказала:
- Пойдем, Сережа, посмотрим город. Пора подумать об учебе.
Сергей с радостью согласился. Прошло почти три месяца, как он с матерью
переехал в Одессу, но ни разу еще не был в центре города. Из дома его никуда
не отпускали, и мальчик сидел в одиночестве, как в Нежине.
Небольшими улочками, идущими от Платоновского мола, мать и сын вышли на
главную улицу - Дериба-оовскую, названную так в честь русского адмирала,
руководившего строительством Одесского порта. Сергею, после величавого,
степенного Киева шумливая уличная толчея Одессы не понравилась, и он шел
молчаливый, крепко держась за руку матери. Только выйдя на площадь к
памятнику Пушкину, Сергей осмелел и отпустил ее руку. И в этот момент увидел