Libra

35 >

Военно-транспортной академии, получив оформленную по всем правилам бумажку.
     Я предпочел промолчать...
     Предстояло  взять последний  рубеж:  поступить прямо  на  второй  курс.
Пугачев пытался отговорить меня от этой затеи.
     -- Вам будет слишком трудно.
     На выручку  пришел начальник  железнодорожного  факультета Дмитриев  --
"Кузьмич", как ласково называли его за глаза слушатели.
     -- Да ведь Старинов и так много лет упустил. А время такое, что медлить
обидно... Пусть попробует! --  деликатно возразил  он  начальнику  академии,
поглаживая пышные усы.
     И Пугачев согласился.

Глава 8. 1934 год. Учеба в Академии

     Рита
     Жизнь  постепенно  входила в колею. Решил, что уже можно  вызвать Риту.
Написал в Киев. Все сроки истекли, а ответа нет и  нет.  Послал  телеграмму,
другую... Наконец  получил  открытку. Почерк Риты, но  содержание непонятно:
точно открытка предназнача-лась не мне, да и подпись показалась необычной.
     Я  не мог оставаться в неведении. Подал рапорт и  получил разрешение на
отъезд.
     В дорогу накупил газет и, чтобы отвлечься  от невеселых мыслей, пытался
читать. Но газеты того времени не подходили для успокоения нервов.
     Тревожные вести шли из Германии. Там  хоронили демократию и культуру...
Расправы над  известными  писателями  и  учеными.  Травля  евреев.  Пытки  в
гестаповских застенках.  Кошмар концентрационных лагерей. Костры  из книг на
улицах  Лейпцига.  Рост вермахта.  Бредовые вопли  Гитлера  о  необходимости
покончить с коммунизмом...
     Да, газеты заставляли волноваться еще больше. Но тем сильнее, наперекор
всему хотелось простого человеческого счастья, близости любимого человека.
     Прямо с поезда я отправился по адресу, указанному на открытке. Ничем не
приметный  дом на тихой улице. Грязноватая лестница со  щербатыми ступенями.
Обитая темной клеенкой дверь.
     На стук открыла незнакомая женщина. Я назвал себя.
     Женщина  помедлила,  провела рукой по волосам. Я  услышал не  слова,  а

Следующая

35 >