Илья Старинов. Записки диверсанта -
38 >
Я понял, что лучшего назначения здесь не получить, и смирился.
Единственным утешением оставалось то, что впереди был целый месяц отпуска.
Но в Бердянске, куда дали путевку на отдых, меня ждала телеграмма о
смерти самого близкого из братьев -- тридцатилетнего Алеши.
Алеша отличался удивительными способностями. Окончив всего-навсего
четырехлетнюю начальную школу, он уже в юности мастерил сложнейшие лам-.
повые приемники, увлекался автоматикой, электроникой. Опытные инженеры
пророчили ему блестящее будущее.,,:.
И вот Алеши не стало. У него были слабые легкие, и жестокая простуда
оборвала жизнь веселого пытливого человека... Южное солнце померкло для
меня.
Выбитый из колеи, я вскоре уехал из Бердянска.... В то лето там жили
слишком весело...
На бойком месте
Новый мой начальник, Борис Иванович Филиппов, дело знал и любил. Он не
имел высшего образования, но обладал большим опытом и пользовался уважением.
Впрочем, практические советы Бориса Ивановича порой и смущали.
Однажды почти одновременно обратились с просьбой о выдачи брони на
билет в мягкий вагон до Москвы комбриг и капитан -- адъютант командующего
войсками округа. Недолго раздумывая, я дал комбригу место в мягком вагоне, а
капитану предложил в жестком.
Борис Иванович пришел в ужас.
-- Что же вы наделали, голуба моя? -- с отчаянием восклицал он, ероша
волосы. -- Чему вас учили в академии?! Разве можно сравнивать комбрига с
адъютантом командующего?! Комбриг он и есть комбриг, а адъютант... Ведь он,
окаянный, командующего каждый день и час видит!.. Такого может про нас
напеть!..
Комендант перестал бегать по кабинету, остановился, перевел дыхание и
плюхнулся в кресло.
-- Вот что, голуба моя... Лирику бросьте. Я серьезно говорю: адъютантов
впредь не обижайте... Неожиданно он опять разгорячился:
-- Да что -- адъютантов!.. Если к вам одновременно обратятся за билетом
проводник из вагона командующего округом -- слышите? проводник! -- и