Илья Старинов. Записки диверсанта -
77 >
В прошлом это кадровый офицер испанской армии. Один из тех немногих
офицеров, которые сохранили верность республике. И теперь Перес Салас
облечен большими полномочиями.
Вежливо склонив седеющую голову, полковник слушает Обручеву,
переводящую мою речь. Он очень приветлив с переводчицей (она -- дама, а он
-- испанец! ) и весьма сух со мной.
[4] Монастырь Головы святой Богородицы.
[]Ну что ж! Если бы дело, о котором шла речь, было личным, я
не стал бы доказывать этому самоуверенному человеку, что небольшая группа
подрывников может спокойно пустить под откос эшелон с батальоном пехоты или
танками противника.
Полковник курит, явно нервничает.
Уже в самом начале беседы Перес Салас позаботился, чтобы у меня не
осталось никаких сомнений в его отрицательном отношении к военным советникам
и добровольцам, из каких бы стран они ни прибыли. Он, командующий южным
фронтом, считает, что республике нужны не добровольцы и не советники. Нужно
только оружие. Будь оружие и техника, республиканская армия одержала бы
победу над Франко без
помощи добровольцев.
Все это было высказано весьма категорично и без
обиняков. Но я преднамеренно оставил суждения полковника без внимания и
вот доказываю ему то, что, кажется совсем не нуждается в доказательствах.
Нам подают кофе. Полковник начинает расспрашивать о Советском Союзе.
Пользуясь случаем, я опять
завожу речь о своем,
Ссылаюсь на опыт под Теруэлем. Стараюсь объяснить, что нарушение линий
связи, налеты на мосты менее целесообразны, чем крушение воинских эшелонов:
-- Мне известно, что командование рассчитывает
использовать подрывников в основном для налетов на мосты, станции,
вражеские склады боеприпасов и аэродромы. Конечно, если прикажут, мы будем
выполнять все это. Но потери в людях окажутся значительными, а эффективность
таких действий сомнительна. Во всяком случае, это совсем не то, что