Илья Старинов. Записки диверсанта -
89 >
удалось организовать другим советникам, в том числе Н. А. Прокопюку и А. К.
Спрогису.
Пришла пора лунных ночей. Луна поднималась все выше и все дольше
оставалась на безоблачном небосводе. Ночное светило "помогало" противнику.
Диверсанты яростно проклинали ее.
Вскоре, однако, мы научились работать и в этой обстановке, хотя одна из
таких ночей здорово подвела меня.
Я разбирал при лунном свете сумку с миннопод-рывным имуществом тяжело
раненного минера и
сделал неосторожное движение. Все обошлось сравнительно благополучно:
взорвался только электродетонатор. Но я чуть не лишился кисти правой руки.
Несколько осколков впилось в лицо. Другие бойцы не пострадали.
Этот несчастный случай свел меня еще с одним членом Хаенского
провинциального комитета партии, товарищем Фредерико дель Кастильо --
начальником военно-санитарной службы южного фронта.
-- А говорят, подрывники ошибаются только раз! -- заметил Фредерико,
удаляя очередной осколок из моей окровавленной руки.
Это был замечательный врач и обаятельный человек. Так же как
Валенсуела, Арока, Мартинес, Фредерико дель Кастильо мечтал после победы над
фашизмом приехать в СССР. Все эти славные сыны Испании, за исключением
Мартинеса, погибли от рук мятежников и интервентов...
Крушения на дорогах противника продолжались. Диверсанты пустили под
откос эшелон с марокканской кавалерией. Из тридцати вагонов не уцелело ни
одного.
Мятежники были взбешены. На охрану железной дороги они поставили
несколько батальонов и непрерывно вели поиски инженерных мин.
Наши бойцы были начеку. У нас уже имелись мины, которые взрывались при
первой попытке снять их с полотна дороги. Изменили минеры и тактику
действий: стали часто менять районы нападения, перешли главным образом на
колесные замыкатели.
Пропустив "бдительный" патруль, диверсанты выходили к дороге за
одну-две минуты до подхода поезда, устанавливали колесный замыкатель, и