Иван Евдокимов. Левитан -
10 >
любовь к родной стране, к ее подлинно замечательным людям, к русскому
национальному пейзажу. И своими произведениями и горячей проповедью в
мастерских учителя стремились вырастить молодое идейное племя, научить
изображать неприкрашенную, живую русскую действительность.
Впервые в истории русского искусства отношения между мастерами и
учениками утратили свой вековой казенный характер. Не было начальства и
подчиненных, были старшие и младшие работники на одном поприще, связанные
взаимной любовью, уважением, общими целями и стремлениями. Кажется, в этой
вольной .московской академии один Землянкин напоминал о старине.
Несмотря на свою старость, ретивый страж видел, как лоцман на пароходе,
появлялся всюду внезапно, точно вылезая из-под пола и вполне оправдывая
данное ему прозвище. Но все-таки Землянкина обманывали. Нужда заставляла
быть изобретательными. Среди молодых художников были люди без крова.
В один из зимних поздних вечеров Землянкин совершал последний обход
опустевшего училища. Занятия кончились. В ученической раздевальной висел
голубой шарф, кем-то забытый. Дело это было самое обыкновенное. Ученики
разбегались домой как сумасшедшие, вырывали из рук гардеробщиков свою
одежонку, надевали ее на ходу, в дверях. Немудрено в такой суете что-либо и
растерять.
Но Землянкин сегодня почему-то насторожился. Его беспокоил этот
заношенный, перепачканный красками шарф. Землянкин недружелюбно снял вещь с
вешалки, встряхнул ее и подумал: кому бы она принадлежала? Замечательная
память, какою отличался старик, не помогла: многие ученики носили
одинаковые шарфы.
В эту зиму Исаак Левитан часто не знал, где с наступлением ночи
приклонить голову. Платить за комнату было нечем -- и семья очутилась на
улице. Братья и сестры разбрелись кто куда и кое-как перебивались. В поисках
ночлега Исаак Левитан переходил из дома в дом по знакомым. Полуголодный,
плохо одетый, стыдящийся своей бедности, он коротал ночь и наутро исчезал.