Иван Евдокимов. Левитан -
93 >
завешанные еще не засохшими этюдами, Переплетчикову -- четвертая.
Но и тут настигала Левитана непрошеная и незваная печаль. Тогда весь
мир вдруг становился тусклым, неинтересным, даже раздражающим, руки не
держали кистей, да и нечего было имя делать -- вдохновение отлетало, мозг
спал.
Исаак Ильич трое суток проскитался где-то с ружьем в лесах.
Перепуганный Переплетчиков отправился в Звенигород и заявил в полиции о
безвестно пропавшем художнике. Пока там собирались его искать, он вернулся
домой, бодрый, здоровый, с убитой уткой, немного припахивавшей. Три дня
Левитан питался одними лесными ягодами. Он мечтал об утке за обедом.
Переплетчиков понюхал ее и отказался есть. Исаак Ильич застрелил птицу в
первый день своих скитаний. Хозяйка не пожелала готовить дохлятину, и
охотник был очень огорчен.
Под смех Переплетчикова Исаак Ильич пошел в звенигородскую полицию с
просьбой прекратить поиски здравствующего и нашедшегося жителя Саввиной
слободы. В полиции могли не поверить, и он взял с собой хозяина. Тот
удостоверил своего жильца. Оба они показались подозрительными, их задержали
и посадили в холодную.
Переплетчиков прождал до вечера, почуял что-то неблагополучное и явился
на выручку. Полиция была уже закрыта. Сторожиха в подоткнутой за пояс
красной юбке мыла помещение. Холодная выходила в общую ожидальню для
посетителей небольшим глазком-оконцем, закрытым черной решеткой. Левитан
окликнул Переплетчикова и успел сказать ему адрес квартиры пристава, который
узнал раньше от сторожихи. Женщина, потрясая мокрой мочальной шваброй,
отогнала Переплетчикова. Он кинулся к приставу.
-- В общем порядке, -- сказал пристав строго и внушительно, -- я
прибуду в присутствие завтра к одиннадцати и прикажу выпустить тех, за кого
вы ходатайствуете.
Больше разговаривать не стал, не слушал резонов Переплетчикова,
надвигался на него грудью и бесцеремонно теснил к двери.