Леонид Ляшенко. Александр II, или История трех одиночеств -
32 >
ролью непогрешимого судьи, которая свойственна Провидению, но непереносима
для нормального человека. Ожидания подданных настолько велики, что
соответствовать им простому смертному вряд ли дано даже в теории. Впрочем,
это касается всех монархов без исключения, что же до нашего будущего героя,
Александра II...
Скажем, его дед, Павел I, прослыл не только странным, но и очень
одиноким императором. Но его семейные неурядицы были во многом выдуманы
самим монархом, который безо всяких на то оснований не доверял всецело
преданной ему жене и старшим сыновьям. В итоге, он пытался всеми силами
оградить себя от несуществующей угрозы, не заметив подлинной беды. Кроме
того, Павел Петрович искренне наслаждался ролью всемогущего властелина,
имевшего возможность по собственному разумению исправлять "оплошности",
допущенные матерью, бесконтрольно распоряжаться судьбами подданных,
непредсказуемо заключать и внезапно разрывать договоры с ведущими державами
Европы. У его венценосного внука все было совершенно иначе...
Загадкой, сфинксом российской истории называют императора Александра I,
но и его отдаленность от окружающих выглядит не столь непроницаемой, как у
нашего героя. Загадка Александра I является, скорее, совпадением появления
на престоле незаурядной личности и складывания уникальных обстоятельств ее
правления, а потому одиночество этого монарха не ощущается как всеобъемлющее
или необъяснимое. Тяжесть положения самодержца, по поводу которой Александр
Павлович не раз сокрушался, в то же время давала ему приятное чувство
причастности к истории, возносила на вершину европейской славы. К тому же
его общественно-политическая позиция во многом разделялась дворянским
авангардом. Будущие декабристы, при всей своей радикальности, не только
внимательно прислушивались к словам, доносившимся из Зимнего дворца, но и
временами надеялись на поддержку императором своих замыслов.
Знаменитая формула Александра I: "Не мне их судить", произнесенная в