Леонид Ляшенко. Александр II, или История трех одиночеств -
4 >
цену, уплаченную Россией, за возможность двигаться вперед по своему
историческому пути. Платить пришлось постепенным подчинением, причем с
каждым веком все более безоговорочным, двум беспощадным деспотам-близнецам:
самодержавию и крепостному праву.
Сейчас совершенно очевидно, насколько взаимосвязаны эти явления, как
подпитывали они друг друга в процессе своего становления. Великокняжеская, а
затем и царская власть, собрав воедино Северо-Восточную Русь, стремилась
всеми силами обезопасить ее границы, расширить пределы, пробиться к морям...
На все это нужны были силы, а также средства, на которые эти силы можно было
содержать. Между тем звонкой монеты в казне постоянно не хватало; скудные
земли, собранные под единой властью Москвы, не стали от этого богаче и
плодородней. Зато теперь этих земель было много и постепенно становилось все
больше; они, по меткому выражению В. О. Ключевского, надолго составили
единственный реальный капитал московских князей.
Землю стали давать в обеспечение службы. Именно в обеспечение: получив
из рук власти поместье, хозяин-помещик должен был служить с него "конно,
людно и оружно" - то есть не только по первому требованию власти являться на
службу, но и обзавестись за свой счет боевым конем и оружием, привести с
собой определенное количество пеших ратников. При скудных урожаях, низких
ценах на хлеб (земледелием занималась подавляющая часть населения, более или
менее обеспечивавшая себя всем необходимым) и постоянных служебных отлучках
хозяина - все это было тяжким испытанием, не выдержав которое помещик
неизбежно терял землю и выбывал из своего относительно привилегированного
сословия. Чтобы избежать этого, ему волей-неволей приходилось выжимать
максимум возможного из работавших на него земледельцев.
Между тем при обилии земель народу на Руси было относительно немного.
Естественно, что свободные земли как магнитом притягивали тех, кому стало
худо на обжитых. Ну а если кого пугала целина - южные открытые кочевникам