Леонид Ляшенко. Александр II, или История трех одиночеств -
5 >
степи или заволжские лесные дебри - те и на земле обетованной могли поискать
лучшей доли, переходя от хозяина к хозяину, из дворянского поместья на
боярскую вотчину. Как остроумно заметил С. М. Соловьев, земледельческая
масса в те времена представляла собой "жидкое тело" - чем больше на нее
давишь, тем скорее она утекает...
Многим, если не большинству помещиков, подобное положение дел грозило
разорением и социальной погибелью. Естественно они возопили и столь же
естественно, что власть эти вопли услышала. Не могла не услышать. Ведь она
сама сознательно и целенаправленно создавала дворянское сословие как свою
самую надежную военную и социальную опору и должна была заботиться о его
хотя бы относительном благополучии. С конца XV века свобода земледельца в
передвижении в поисках лучшей доли начинает ограничиваться и постепенно шаг
за шагом, сводится к нулю - знаменитое Соборное уложение 1649 года
окончательно запрещает крестьянам переходить с места на место.
Крестьянский труд, таким образом, становится подневольным, что
развязывает помещикам руки: "жидкое тело" структурируется, твердеет, теперь
на него можно давить вплоть до полного разрушения. С другой стороны, проводя
крепостнические меры, власть наводит необходимый для себя порядок на Руси,
"дисциплинируя" основную массу населения, облегчая себе и полицейский
контроль над ней, и сбор податей.
Еще раз отметим, что путь, по которому пошла Русь, представляется
тяжелым, воистину тернистым, но - исторически оправданным. За счет
крестьянской свободы было создано государство, которое сумело справиться со
всеми внешними врагами, невероятно раздвинуть свои пределы, пробиться к
морям. Однако, заложив в основу этого величия подневольный труд основной
массы собственного трудового населения, государство само приобретало все
более деспотический характер, стремясь все сферы народной жизни подчинить
своему контролю и руководству. И не было у него в этом деле помощника более