Арсений Гулыга. Кант -
100 >
семнадцатое "письмо", посвященное Шекспиру. Великий драматург был и на своей
родине не то чтобы забыт, но все же не в почете, а на континенте его просто
не знали. Вольтер назвал его "дикарем". Лессинг же поставил Шекспира выше
Расина и Корнеля, увидел именно в нем подлинного наследника античной
трагедии. Лессинг призывал родную литературу учиться у Шекспира. Почва для
"Бури и натиска" была подготовлена.
Движение оказалось неоднородным и противоречивым: бунтарство сочеталось
с политической индифферентностью и консерватизмом, симпатии к народу -- с
крайним индивидуализмом, критическое отношение к религии -- с благочестивой
экзальтацией. Но всех объединял интерес к человеку, к его уникальному
духовному миру. Внезапно обнаружились таинственные глубины внутренней жизни
индивида. Это открытие воспринимали как более значительное, чем открытие
Америки. У всех на уме и на устах было одно: освобождение личности.
"Буря", правда, бушевала исключительно в литературных берегах, "натиск"
не выходил за пределы книг и журналов. Среди вождей движения мы находим
питомца Канта Гердера, теперь уже маститого литератора. Покинув Кенигсберг,
он переехал в Ригу, чтобы занять там пост пастора и преподавателя церковной
школы. Когда появились его первые литературно-критические работы, принесшие
ему известность, Кант поздравил своего ученика. Ответ на письмо пришел через
полгода. Вежливый, теплый, обстоятельный. Ученик писал, что он избрал иной
путь, чем учитель; академической деятельности он предпочел стезю священника,
которая, как ему казалось, приведет к непосредственному соприкосновению с
народом, с простыми людьми; ради них, собственно, существует философия. В
Риге Гердер пробыл недолго, затем совершил путешествие в Париж, а вернувшись
в Германию, занял пост советника консистории в Бюкебурге. Пять проведенных
здесь лет (1771--1776) были периодом напряженных творческих исканий и
метаний. Помимо своих служебных дел, Гердер занимается философией истории,