Арсений Гулыга. Кант -
23 >
высказав ее, молодой Кант, однако, не искал иных естественных путей для
решения проблемы жизни. Лишь в старости, размышляя над работой мозга, он
подчеркнет наличие в организме более сложного типа взаимодействия.
Трактат по космогонии сохраняет ту эмоционально насыщенную манеру, в
которой была выдержана работа Канта о "живых силах". Автор потрясен величием
мироздания и старается быть адекватным открывшейся ему поэтической картине;
то и дело он цитирует своих любимых поэтов -- Попа, Галлера, Аддисона. Сама
его проза готова соперничать со стихами. Кант предлагает, например, мысленно
перенестись на Солнце. Что представится нашему взору? "Мы увидим обширные
огненные моря, возносящие свое пламя к небу; неистовые бури, своей яростью
удваивающие силу пламени, заставляя его то выходить из своих берегов и
затоплять возвышенные местности, то вновь возвращаться в свои границы;
выжженные скалы, которые вздымают свои страшные вершины из пылающих бездн и
то затопляются волнами огненной стихии, то избавляются от них, благодаря
чему солнечные пятна то появляются, то исчезают; густые пары, гасящие огонь,
и пары, которые, будучи подняты силой ветров вверх, образуют зловещие тучи,
низвергающиеся огненными ливнями и изливающиеся горящими потоками с высот
солнечного материка в пылающие долины; грохот стихий; пепел сгоревших
веществ и борющуюся с разрушением природу, которая даже в самом ужасном
состоянии своего распада содействует красоте мира и пользе творения". Стиль
-- это человек, а молодой Кант -- человек Просвещения. Он полон
просвещенческого пафоса. Изумление перед гармонией природы и силой
собственного умозрения выливается в поток восторженных слов.
Красоты стиля не уводят, однако, от главного -- от космогонической
проблемы. Трактат состоит из трех частей. Первая носит вводный характер.
Здесь Кант высказывает идеи о системном устройстве мироздания. Млечный Путь
следует рассматривать не как рассеянное без видимого порядка скопление