Петр Петрович Вершигора. Люди с чистой совестью -
22 >
пять-шесть километров, проползая мимо часовых ночью, а днем пересиживая в
самых необычных местах.
За день мы сделали на колесах около ста километров, а пешком и ползком
на животе пришлось в сутки делать по два-три километра. На четвертые или
пятые сутки, выйдя к Богодухову, где находились наши передовые части, мы
отправились в Харьков.
5
В Харькове политуправление фронта, узнав о моей гражданской
специальности кинорежиссера, направило меня в политотдел 40-й армии
руководить бригадой фронтовых фотокорреспондентов.
В политотделе 40-й армии собралось нас человек десять, вооруженных
портативными фотоаппаратами ФЭД: Коля Марейчев - шофер и фотограф,
изобретатель и конструктор; Вася Николаенко - аккуратист и чистюля, боевой
парень и талантливый политработник; Олейников - учитель с козлиной бородкой,
и другие. Нужно было обслуживать дивизии чисто фотографическими работами и
материалом для газет.
Нам сразу повезло: мы попали в 1-ю Московскую моторизованную дивизию,
которой в начале войны командовал генерал Крейзер, а потом полковник
Лизюков.
В районе восточнее Сум, впервые за эту войну, я увидел, как бегают
немцы. Это было 28 сентября 1941 года. Пошли первые дожди, густая липкая
грязь покрыла дороги. В это время наша танковая бригада и мотодивизия
прорвали фронт под Штеповкой. И первая австрийская и чистокровная немецкая
дивизии, побросав всю свою технику, бежали до самого Конотопа. Двое суток
наши тягачи уволакивали восьмитонные немецкие машины, груженные всяким
барахлом. Двое суток я и мои хлопцы мотались, как угорелые, по
подразделениям дивизии и щелкали своими аппаратами. До пятисот машин разных
систем стояло в небольшой рощице за хутором Николаевкой. Мы выбрали себе
новенький "оппель-блиц", который всего два месяца назад сошел с конвейера
завода и застрял потом в болоте. На радиаторе автомобиля была прибита
лошадиная подкова. Один из моих фотокорреспондентов, оказавшийся хорошим