Петр Петрович Вершигора. Люди с чистой совестью -
41 >
людей, работающих с чувством собственного достоинства, - это мое первое
впечатление об отряде Ковпака. Когда я ближе присмотрелся к этим людям, то
сразу понял, что воевать буду только с ними вместе. Если когда-нибудь хватит
сил у меня написать книгу о них, я назову ее: "Люди с чистой совестью".
Большинства первых ковпаковцев, которых я увидел тогда, летом 1942
года, уже нет в живых. Могилы их разбросаны от Брянских лесов до Пинских
болот, от Житомира до Карпат, от Волыни до Перемышля, от Варшавы до Бреста и
Белостока.
На выходе из Брянских лесов, у дороги, - одинокая могила славного
разведчика Николая Бордакова; в Карпатах, на высоте 1613, в пещере из
громадных камней, на горе, куда залетают лишь горные орлы, лежит Чусовитин;
на венгерской границе навеки уснул четырнадцатилетний партизан Михаил
Кузьмич Семенистый. В глубоком и узком ущелье реки Зеленицы, прикрывая
собственным телом отход товарищей и жертвуя самым дорогим - жизнью, погиб
славный русский вологодский парень Митя Черемушкин; в лесах Киевщины спят в
одной могиле побратимы Колька Мудрый и Володя Шишов; в Польше сложили свои
головы Николай Гапоненко, Иван Намалеванный и сотни других...
Да, это были люди с чистой совестью!..
9
Узнав Ковпака ближе, я окончательно решил для себя, что буду воевать с
ним вместе.
Уезжая на несколько дней на наш партизанский аэродром, который к тому
времени мы уже организовали, я был недоволен только одним: я не видел ни
танков, ни самолетов Ковпака, о которых шла партизанская молва. Вернее, я
видел, что их нет и не было, но где-то таилась надежда, что этот старик
припрятывает их и вообще страшно скрытничает. А влезать в чужие секреты не в
моей натуре.
Когда я уехал от Ковпака в глубь Брянских лесов, на первой же стоянке
устами партизана-орловца многое мне разъяснилось. Дело было у костра, возле
которого ночью грелись партизаны. Большинство дремало, трое или четверо вели
беседу.
- Ковпак опять в поход собрался... - сказал один.