Петр Петрович Вершигора. Люди с чистой совестью -
72 >
сотен тысяч советских людей, которые дни и ночи ждут и верят, что вернется
Красная Армия и освободит их из неволи. Смысл и в том, чтобы подымать дух
людей, убить страх перед врагами в душах тех, кто заколебался, убить страх
перед силой гитлеровцев, перед их мощью. Какая уж тут сила и мощь, если по
завоеванной ими земле движется тысячная колонна вооруженных людей и громит
их гнезда из пушек.
Шестьдесят снарядов, выпущенных по местечку Кролевец, сыграли свою
роль. Ковпак действительно был мастером партизанской борьбы, потому что он
учитывал не только конкретные факты войны - бой, диверсию, но также и тот
резонанс, который произведет эффектный бой в народе.
С этой ночи наш рейд до Днепра и за Днепр был похож на снежный ком,
лавину, катящуюся с гор. Охватившая Кролевец паника, которую подняли
рвавшиеся в городе снаряды, по проводам телефонов, по телеграфу покатилась
дальше и дальше... Народная молва, усиливая страх тыловых немцев, гнала их с
мест, и они взывали о помощи.
Народная молва превратила нас в прорвавшуюся армию. Нас, по слухам,
оказалось уже тридцать и сорок тысяч, с нами шли танки, нас сопровождали
самолеты. И толстым гаулейтерам не спалось по ночам, их трясла лихорадка,
они срывались с места и мчались на автомашинах в Чернигов, в Киев. А Ковпак,
который вначале шел с "шелестом", составлял маршрут из расчета по
пятнадцать-двадцать километров в ночь, теперь, подгоняя штабистов, гнал по
шестьдесят километров, набирая темп рейда.
Своим движением мы окрыляли народ, звали его к борьбе. Где-то по
сторонам от нашего пути, по нашим следам, стихийно возникали партизанские
группы. Некоторые, догнав, присоединялись к отряду, другие так и оставались
неизвестными нам, но уже действовали там, где проходил Ковпак. Они поднимали
народ, потому что Ковпак, осуществляя сталинское задание, делал то, "що
народ хоче".
Когда наша разведка донесла нам рикошетом отраженные сведения о том,