Петр Петрович Вершигора. Люди с чистой совестью -
8 >
дорогу. Вдоль ее противник вел ожесточенное наступление.
Приняв батальон, я сразу перевел его штаб и свой командный пункт в
крайний дом села Степанцы. Я думал, что если штаб будет в стороне от дороги,
бойцы поймут это как стремление начальства остаться в стороне от оси
наступления противника. Перевод штаба - простой маневр - вселил в бойцов
уверенность. Люди увидели, что командование не собирается отдавать дорогу
противнику, будет стоять здесь вместе с ними и с дороги не уйдет.
Но я тогда был всего только немножко смелым солдатом и подсознательно
понимал, что я еще не командир, а учиться уже поздно. Учиться нужно было
раньше...
Когда после пятидневных боев немцы усилили нажим, направляя свой удар
вначале по флангам, а затем по центру, туда, где стоял мой батальон, часть
дивизии стихийно снялась и начала отступать к Каневу, а затем по инерции
добежала до самой переправы на Днепре. Потерялись связь и управление,
началась неразбериха, которая часто заканчивается паникой.
Люди вынужденно скапливались в узком горлышке переправы через Днепр.
Среди командования нашелся твердый человек, который собрал большую часть
бежавших, привел их в порядок, построил, расстрелял перед строем нескольких
паникеров. Этого оказалось достаточно, чтобы бежавшие вернулись на свое
место.
А в это время гитлеровцы нажимали исключительно на наш батальон. Более
суток мы держали оборону, не подозревая, что, отклонись противник всего на
километр в сторону, мы оказались бы в его тылу.
Мне, как и многим солдатам, не имевшим тогда достаточного боевого опыта
и плохо знавшим врага, еще непонятна была эта черта тупой немецкой тактики.
Через полтора года мы узнали, что "...немцы аккуратны и точны в своих
действиях, когда обстановка позволяет осуществлять требования устава. В этом
их сила. Немцы становятся беспомощными, когда обстановка усложняется и
начинает "не соответствовать" тому или иному параграфу устава, требуя