Илья Старинов. Мины замедленного действия: размышления партизана-диверсанта -
18 >
Благодаря его способностям и несгибаемой силе воли, ему удалось получить
высшее образование. Пробовал он учиться и на офицера, но его исключили из
школы как "недостойного по моральным и политическим качествам". Это было при
Пилсудском12. После окончания службы в армии его арестовали за
коммунистическую пропаганду.
Снова я увидел его в конце апреля 1944 года, когда он зашел в
Украинский штаб партизанского движения с письмом Кароля Сверчевского,
который просил оказать ему помощь. С большим удовольствием мы выполнили эту
просьбу. И в школе мы с ним встретились как старые знакомые.
Встретил я в школе и второго "испанца" - Леонида Ефимовича Рубинштейна,
тоже сражавшегося в рядах интербригадовцев, под командованием Сверчевского.
В 1933 Леон участвовал в операции по срыву празднества в честь Пилсудского в
Лодзенской филармонии. Одиннадцать отважных хлопцев проникли на празднество.
Один из них выключил в зале свет. Другие разбросали листовки и выпустили
голубей. Один из голубей с красным флажком сел на раму с портретом
Пилсудского. Полиция произвела осмотр выходивших молодых людей из филармонии
и без труда обнаружила у Леона под полой пиджака следы голубя.
Леон отсидел в тюрьме. Потом эмигрировал во Францию, там учился и,
когда началась война в Испании, то в должности командира батальона сражался
против Франко.
И вот передо мной вновь Рубинштейнчик. Вспоминаем былое. Говорим
по-русски. Переходим на испанский. Я понимаю и по-польски. Есть о чем
вспомнить. Пришлось и мне действовать в Испании вместе с поляками.
Выносливые и храбрые люди.
В школе я встретил много старых знакомых, которые учились в первых
партизанских школах. Среди них партизанская группа Вячеслава Антоновича
Квитинского, бывшего командира отряда "Красный фугас" в соединении А.
Грабчака-Буйного. Квитинский подбирал себе смелых людей различных
специальностей. Если командиру будущей бригады, успешно действовавшей в