Илья Старинов. Мины замедленного действия: размышления партизана-диверсанта -
42 >
казался многим нелюдимым.
Иван Хариш
Последний раз я видел его в конце октября 1937 года, когда отбывал на
Родину.
Весной 1939 года Испанская республика пала. Почти вся ее армия попала в
плен, за исключением 14-го партизанского корпуса. Основная его часть вышла
на территорию Франции, где и была интернирована. Небольшая часть уплыла в
Алжир и попала в СССР. В их числе был и командир 14-го партизанского корпуса
уже подполковник Доминго Унгрия. Он нашел меня. Но я уже ничем не мог ему
помочь и командир знаменитого корпуса вместо того, чтобы совершен-ствовать
свои знания, стал работать слесарем на Харьковском тракторном заводе. При
первой встрече с Доминго в 1940 году я поинтересовался судьбой Ивана.
- Наверное, в лагерях во Франции, куда вышли почти все бригады нашего
корпуса,- ответил бывший комкор.
- В одну из наших встреч с Тито я поинтересовался судьбой советника и
инструктора диверсионной бригады 14 парти-занского корпуса республиканской
армии Испании, бывшего моего переводчика Ивана Хариша.
На лице маршала засияла радостная улыбка:
- Он прославился своими диверсиями. Его даже прозвали Ильей Громовником
за количество подорванных вражеских поездов и мостов.
- Этот неугомонный крепыш, - заметил я, - пустил под откос не один
десяток вражеских поездов в Испании, и я не знаю ни одного случая, чтобы,
пойдя на задание, он его не выполнил. Хотелось бы с ним встретиться.
- Это очень просто. У нас есть аэродром. Слетайте туда. А пока
обменяйтесь с ним радиограммами.
Иван Хариш командовал специальным диверсионным соединением и по
существу выполнял обязанности замес-тителя Главкома по диверсиям. Я связался
с ним по радио.
Вообще получилась странная вещь: выехал я с генералом Корнеевым с целью
поработать в тылу врага, но меня оставили исполнять обязанности начальника
штаба. Только однажды я смог вырваться в тыл противника на встречу, но Хариш
не смог прибыть на аэродром.