Илья Старинов. Солдат столетия -
40 >
примерно 3000 человек. Вместо Кубе немец назначил в Белоруссии гауляйтера
хуже прежнего. Нам от этого был только убыток. В нашем случае немцы были
убеждены, что виновники взрыва -- не местные жители. И даже людей,
проживающих напротив, не расстреляли. Однако же, расстреляли заложников, из
тех, которые уже были предназначены к расстрелу. Вообще говоря, печально, но
наших погибло много, этот генерал того не стоил.
- Так что эти акции весьма проблематичны, да?
- Эти акции, по-моему, весьма проблематичны. Вот, например, разведчик
Николай Кузнецов. Он убил двух-трех, стал героем Советского Союза. А на деле
расстреляли из-за его акций большое количество украинцев, и сейчас это нам
боком выходит. В Испании мы, поймав немца, который воевал на стороне
фашистов, его не расстреливали. Мы старались пленных не уничтожить, а
разложить. Это нам ничего не стоило, а приносило значительно большую пользу.
- То есть, я так полагаю, даже высокая цель негодные средства не
оправдывает, да?
- Да. Я должен рассказать случай еще из Гражданской войны. В
Гражданскую войну мы перебрасывали двух английских офицеров в тыл
противника. Эти офицеры воевали вместе с белогвардейцами. Они заслуживали,
по нашим расчетам, за содействие противнику и за издевательства над
красноармейцами расстрела. Но их по приказанию командующего Михаила
Васильевича Фрунзе не расстреляли. Их кормили и поили. И даже если самим не
хватало, их кормили все равно. Их привели к линии фронта и при первой
возможности перебросили через линию фронта. В тылу противника весть об их
расстреле нам принесла бы больше вреда. А так они принесли какую пользу?
Во-первых, они сами попали под подозрение, что их завербовали красные, раз
мы их выпустили. Своими рассказами о нашем хорошем обращении с пленными они
разлагали белогвардейцев. И я вам скажу, что французский флот восстал
благодаря такому нашему обращению с пленными. Мы французских пленных не