Илья Старинов. Солдат столетия -
67 >
рельсов вызвал почти полное прекращение движения поездов на многих
магистралях только в первые 5 -- 6 дней, затем охрана магистралей была
усилена и партизаны стали подрывать ненужные противнику участки. Для
восстановления движения немцы стали применять сварку подорванных рельсов,
применяли для стыковки специальные подкладки, а потом стали применять
накладки на разрыв длиной 80 сантиметров.
Вскоре после начала рельсовой операции было установлено, что специально
изготовленные для этой операции стограммовые толовые шашки, хорошо
показавшие себя на испытаниях, во многих случаях при взрыве оставляли на
рельсы пробоину или пятно.
В ходе операции рельсовой войны за 1,5 месяцев советскими партизанами
было подорвано 24 705 рельсов, не в это же время в июле белорусскими
партизанами было произведено 743 крушения поездов, а в августе, в разгар
"рельсовой войны", они подорвали всего 467 поездов. Партизанам стало ясно,
что "рельсовая война" менее эффективна, чем крушение поездов и они резко
снизали количество подрываемых рельсов и увеличили количество подрываемых
поездов, и в дальнейшем уже подрывали около 800 поездов в месяц. Выкладки
можно продолжать.
Мое отрицательное отношение к рельсовой войне сделало Пономаренко моим
врагом. Он настроил против меня начальника главного управления кадров
генерала Ф.М. Голикова. Надо заметить, что до начала рельсовой войны
Пономаренко всячески старался приблизить меня к себе, вплоть до того, что
взял к себе в помощники по диверсиям и одновременно назначил начальником
технического отдела ЦШПД, сохранив при этом за мной должность начальника
Высшей оперативной школы особого назначения, -- генеральская должность.
В результате чехарды со штабами партизанского движения я в мае 1943
года стал заместителем начальника Украинского ШПД по диверсиям под
руководством Т.А. Строкача.
В начале мая в Москве я встретился с Пономаренко. Мы беседовали о том,