Вильям Сибрук. Роберт Вильямс Вуд. Современный чародей физической лаборатории -
73 >
выправился. Я научился новому приему. Я каждый раз узнаю что-нибудь новое".
К вечеру, посмотрев на десяток его полетов и внимательно следя, каким
образом он сохраняет равновесие, я сумел набраться храбрости и попробовал
планер сам. Мы подняли его примерно на двенадцать ярдов по склону холма; я
вошел в раму и поднял аппарат с земли. Моим первым чувством была полнейшая
беспомощность. Машина весила около сорока фунтов, и огромная поверхность,
открытая ветру, вместе с уравновешиванием десятифутовых крыльев, заставляли
сильно напрягаться, чтобы удержать ее. Она качалась и наклонялась из стороны
в сторону при каждом дуновении ветра, и я еле-еле удерживал ее.
Лилиенталь особенно предостерегал меня от наклона аппарата вперед и
вниз, когда ветер давит на верхнюю поверхность крыла -- обычной ошибки, с
которой сталкивается новичок. Эта тенденция планера предотвращалась
выбрасыванием ног вперед, как при приземлении, что выпрямляло планер и
замедляло движение вперед. Когда стоишь в раме, локти прижаты к бокам,
предплечья -- горизонтальны; руками держишься за одну из горизонтальных
поперечных расчалок. Центр тяжести машины располагается около локтя. В
воздухе, когда поддерживают крылья, вес тела концентрируется на вертикально
вытянутых руках. Ноги и нижняя часть туловища висят свободно.
Я несколько времени стоял лицом против ветра, чтобы привыкнуть к
машине, а затем Лилиенталь сказал, чтобы я двигался вперед. Я медленно
побежал против ветра; вес машины уменьшался с каждым шагом, а затем я ощутил
ее подъемную силу. В следующий момент ноги мои оторвались от земли, и я
планировал по "воздушному склону" в нескольких футах над землей. Аппарат
сильно качался из стороны в сторону, но мне удалось приземлиться
благополучно, к полному моему удовлетворению. Я сейчас же решил заказать
себе планер и научиться летать. Чувство полета восхитительно, и описать его
невозможно. Тело удерживается сверху -- ноги не чувствуют напряжения или