Вильям Сибрук. Роберт Вильямс Вуд. Современный чародей физической лаборатории -
99 >
их. Его первая работа по физической оптике дает этому блестящий пример,
поясняя также исключительную широту его "специальной" науки. Вот рассказ
Вуда:
"Полное солнечное затмение 28 мая 1900 года поставило передо мной
задачи, решение которых можно рассматривать как мой первый вклад в
физическую оптику. То, что было до этого, шло более по линии демонстраций
или истолкований. Морская обсерватория в Вашингтоне пригласила меня принять
участие в ее экспедиции по наблюдению затмения, и я расположился с группой в
Пайнхерсте (Северная Каролина), около середины пояса полного затмения, где
его продолжительность была наибольшей. Здесь я впервые наблюдал солнечную
корону и красные языки раскаленного водорода, которые полыхали на краю
солнечного диска. Меня особенно интересовал их спектр. Как раз перед полным
затмением, когда край солнца вот-вот исчезнет за луной, можно секунду или
две наблюдать огненный полумесяц, который, если его рассматривать с помощью
призмы или дифракционной решетки, распадается на спектр цветных полумесяцев,
разделенных темными интервалами разной ширины. Это -- так называемый спектр
"вспышки" хромосферы, т.е. оболочки светящихся раскаленных паров металлов,
которой окружено солнце. Поглощение этой атмосферой накаленных паров еще
более интенсивного и яркого излучения поверхности жидкого "ядра" солнца дает
в солнечном спектре темные линии, видимые в спектроскоп. Эти линии -- не
совершенно черные, а содержат менее яркий свет раскаленного пара.
По возвращении в Мэдисон осенью я прочел в октябрьском номере
Astrophysical Journal статью Юлиуса, голландского астронома,
выдвигавшего
смелую теорию о том, что спектр вспышки хромосферы вызывается аномальной
дисперсией белого света, излучаемого жидкой поверхностью солнца. Я сразу же
начал опыты, целью которых было -- получить подобный спектр в условиях
лаборатории. Перед Рождеством я уже послал в Astrophysical Journal
отчет об