Libra

4 >

Любопытно, что даже на Дону донской атаман
Каледин в этот период прикрывает Алексеева и Корнилова демократической
оболочкой. Даже на Дону Алексеев и Корнилов завуалированы всячески, как
завуалирован был Краснов Керенским в дни своего наступления на
Ленинград. 

 

-- 6 -- 
Такова была логика классовой борьбы. Свою
попытку свергнуть советскую власть, опираясь на внутренние силы в стране,
буржуазия делала, прикрываясь эсеровским "красным" щитом. 

Социалисты возглавляют и попытку свергнуть
советскую власть путем саботажа. Саботируют буржуазные интеллигентские верхи:
они или бастуют, или нечто вроде итальянской стачки. Материального ущерба они
при этом не терпят: банкиры и капиталисты вместе с меньшевистско-эсеровским
ЦИК'ом находят достаточные источники средств для возмещения убытков саботирующим
буржуазным интеллигентам. А во главе этих взбесившихся верхов буржуазной
интеллигенции, очень легко в свое время согласовывавших либеральное ворчание с
верной службой Распутиным и Протопоповым, стояли те же меньшевики и
социалисты-революционеры, -- и матерым служакам царизма понадобился
эсеровско-меньшевистский щит для возглавления их попытки саботажем сделать то,
что не удалось Керенскому и Краснову, Духонину и Чернову, Полковникову и Гоцу
сделать путем вооруженной борьбы. 

Любопытно и то, что в этот период буржуазия
почти не была стеснена в возможностях и способах борьбы с советской властью. Она
имела еще возможности черпать средства из банков, акционерных обществ, на прямые
нужды контр-революции. Она могла еще заводские конторы превращать в штабы
контр-революции. У нее в руках была еще могущественная печать, фактически
выходившая почти свободно все первые месяцы существования советской власти
(выходили не только эсеровские, меньшевистские, но даже кадетские газеты). В их
руках была значительная часть всего государственного аппарата. Наличие
государственной власти в руках рабочего класса тогда еще не дало ему возможности
обрушить силу этого аппарата на голову воинствующих буржуа. К тому
же присоединилась исключительная наша мягкость в обращении с врагами. Мы
освобождаем Краснова и юнкеров. За саботаж арестованы только одиночки. О красном
терроре нет еще и речи, но все же у буржуа не оказывается сил, достаточных дли
свержения советской власти. Они оказываются бессильными перед лицом заключенного
в Октябре союза рабочих и Крестьян, организующего советскую власть под
пролетарским руководством.