Вера Владимирова. Год службы социалистов капиталистам -

75 >

17 ноября Военно-революционный комитет распустил осиное гнездо контр-революции--Московскую городскую думу--и сменил почти весь командный состав1).

Виновники кровавых событий не понесли наказания. Все они были оставлены на свободе. Военно-революционный комитет хотел ликвидировать восстание с наименьшим количеством жертв.

Мягкость к побежденному врагу, которая отчасти диктовалась общими политическими условиями, вызвала справедливое негодование в рядах борцов. В "Социал-Демократе" от 17 ноября был помещен протест Красной гвардии при исполнительном комитете латышей. Они писали: "...Освобождая юнкеров из-под ареста, Военно-революционный

_______________________

1) Подробно об юнкерском восстании в Москве см. статью тов. Филиппа Акулова "Тактика Октября в Питере и Москве", "Пролетарская Революция" No 4, 1922 г.


- 63 -

комитет вместе с тем дает им возможность снова восстать против революционного народа.

"Мы, латышские стрелки и рабочие, члены Красной гвардии, категорически требуем, чтобы все арестованные юнкера и прочая буржуазная сволочь были преданы властному революционному суду с участием представителей от революционных организаций и Красной гвардии, который определит степень виновности каждого и вынесет соответствующий приговор"...

Такое же настроение было и в других отрядах Красной гвардии: бойцы-рабочие требовали из'ятия наиболее непримиримых своих классовых врагов, требовали революционного суда над ними, а для особенно виновных -- расстрела.

Правильное классовое чутье рабочих подсказывало им, что борьба только начинается...


Следующая

75 >

Libra

Пребывание мемуаров на грани документального повествования и художественного произведения, между вымыслом и реальными событиями заставляет читателей взвесить их на весах исторической правды. Посетив электронную библиотеку «Libra», Вы сможете познакомиться с литературными воспоминаниями знаменитого певца и киноактера Леонида Утесова, «дедушки русского спецназа» И. Г. Старинова, Героя Советского Союза, писателя П. П. Вершигоры, документально-беллетристической прозой Г. К. Алексеева, Р. Чапмена и других писателей-документалистов.