Леонид Вегер. Записки бойца-разведчика -
27 >
в овраг и кое-как спасся. А командир их роты приказал быть все эти дни при
нем.
Весь этот рассказ, пересыпанный яркими подробностями, которые я уже не
помню, Ваня слушал с большим интересом. По окончании он восхищенно посмотрел
на Николая и, повернувшись ко мне, сказал:
- Слушай, а ведь орден надо дать Николаю?
Я неуверенно кивнул головой. Мы вошли в дом, Ваня сел за стол, достал
планшет, разорвал наградной лист на меня и стал заполнять новый на Николая.
Игра со смертью, в которой человек добровольно рискует жизнью без
всякой необходимости, характерна для юношества. В рассказе американского
писателя "Русская рулетка" два подростка выясняют отношения, приставляя
поочередно к виску револьвер, и, крутанув барабан, в котором заложен один
патрон, нажимают на спусковой крючок. Судя по названию, подобные игры - одно
из проявлений загадочной русской души. Во всяком случае трудно представить
себе, например, немецкого юношу с его повышенным инстинктом самосохранения и
отсутствием комплекса неполноценности, поскольку он вырос в атмосфере любви
и уважения, участвующим в такой игре.
На фронте подобную игру я наблюдал всего раз: возможностей доказать
свою смелость здесь было предостаточно, а смерть и без того подстерегала на
каждом шагу.
В этот день мы, несколько ребят из взвода разведки, оказались в окопах
первой роты. Ночью я привел сюда полевую кухню. Кстати, сопровождать повара
было необходимо, так как предыдущей ночью он, то ли заблудившись, то ли
испугавшись, скормил еду неизвестно кому, и роты целые сутки были голодными.
В штаб возвращаться не хотелось. Я нашел отдельный окопчик и завалился
спать. Проснувшись, я увидел, что погода была чудесной, стояло бабье лето. Я
заметил в соседнем окопе другого разведчика, Колю Карлова и перебежал туда.
День был спокойный, перестрелка была редкая, и мы болтали, вспоминая
довоенную жизнь.
Окоп был мелким, и колина голова периодически мелькала над бруствером.