Леонид Вегер. Записки бойца-разведчика -
29 >
убить именно его, такого неповторимого. После участия в атаке, когда они
видят падающих мертвыми своих товарищей, когда пули и осколки прошивают их
шинели, наступает вторая стадия - панического страха. Немецкий танк может
быть еще за два километра, а боец, находящийся в таком состоянии, в панике
выскакивает из окопа и несется прочь. И только потом некоторые вступают в
стадию холодной трезвости, умения различать подлинную и мнимую опасность,
приобретают способность подавлять в себе страх и, наконец, совершать смелые
поступки, когда этого нельзя избежать, не уронив себя в глазах ребят.
Тут из окопа опять выскочил первый сибиряк, не целясь, быстро щелкая
затвором, сделал три выстрела и спрыгнул в окоп. Одновременно с третьим
выстрелом несколько пуль просвистели рядом. Немцы включились в игру.
Ребятам, конечно, везло. Голубое небо и яркое солнце расслабляли. И мы,
и немцы наслаждались хорошей погодой, и стрельба была редкой.
Второй сибиряк начал дозаряжать винтовку, намереваясь выскочить из
окопа. Мы с Николаем начали давать советы, "болея" за игроков.
- Подожди, не торопись, выжди какое-то время, - вспомнив о снайпере,
который сшиб с него шапку, крикнул Николай, - пусть немец расслабится и
опустит винтовку.
Наконец сибиряк выскочил из окопа. С молниеносной быстротой он
передергивал затвор и, не целясь, нажимал на спусковой крючок. Четвертый
выстрел он делал, уже спрыгивая в окоп.
Даже нам в соседнем окопе было видно, как побелело его лицо. Мы решили,
что игра на этом кончится. Но тот, первый, сосредоточенно начал загонять
патроны в магазин.
- Убьют, - сказал Николай.
- Необязательно, - из чувства противоречия возразил я, - Ну, может
быть, после четвертого выстрела.
- Спорим, что раньше, - сказал Николай.
- Идет.
- Выскочи из другого места, - крикнул я сибиряку.
Он посмотрел на меня отрешенным взглядом, но все же передвинулся в
другой конец окопа. Чувствовалось, как борются в нем гордость и