Александр Колесников. Десант, 2-я БТК и другие рассказы -
24 >
на выходе из Севастополя, а у Синопа. Сосредоточив более десяти
торпедоносцев, они поджидали наши суда у турецкого берега и, обнаружив их,
нанесли торпедный удар по ''Сванетии''. В судно попало несколько торпед, и
оно стало тонуть, вместе с ранеными и членами экипажа... Тех, кто бросились
в воду, ища в ней спасение, торпедоносцы принялись расстреливать из
пулеметов на бреющем полете...
Потопив ''Сванетию'' торпедоносцы ринулись в атаку на эсминец. От
торпед эсминец успешно уклонился, при этом сбив два самолета. Но прийти на
помощь ''Сванетии'' не мог, ведя бой с непрерывно атакующими
торпедоносцами... Да и по морским законам нельзя в бою подходить к
погибающему кораблю, чтобы не стать легкой добычей для врага.
Так на следующий день в Новороссийске мы встретили возвратившийся
эсминец. Сойдя на берег, после швартовки, большинство матросов, рассказывая
эту трагедию, плакали от угрызения совести, что не сумели выполнить
возложенную на них задачу: защитить судно-госпиталь ''Сванетию''.
Многих из экипажа ''Сванетии'' мы, катерники, знали в лицо, так как там
были врачи и медсестры из жителей г. Очаков, где было место постоянного
базирования нашей, 2-й бригады торпедных катеров.
Через несколько дней вышел из ремонта лидер эсминцев ''Ташкент'' и
снова получил приказ следовать в Севастополь. Теперь уже один... Это было в
один из последних дней июня 1942 года. К тому времени транспорта не доходили
до Севастополя. Они погибали. Переход в Севастополь мог совершить только
''Ташкент''.
Силы защитников города таяли, они нуждались в помощи, а она не
приходила...
И вот, наконец, у одного из причалов Севастополя вновь появился
легендарный ''Ташкент''. Он обрадовал защитников города, но существенной
помощи оказать, естественно, не смог. Загрузившись ранеными, он в ночь вышел
в обратный рейс.
В этот раз командир эсминца решил возвращаться новым маршрутом, чтобы